February 15th, 2013

Гений не отвечает на банальные вопросы

Однажды к Эрнеcту Резерфорду, президенту Королевской академии, обратился коллега за помощью. Он собирался поставить самую низкую оценку по физике одному из своих студентов, в то время как тот утверждал, что заслуживает высшего балла. Оба — преподаватель и студент — согласились положиться на суждение третьего лица, незаинтересованного арбитра. Выбор пал на Резерфорда. Экзаменационный вопрос гласил: «Объясните, каким образом можно измерить высоту здания с помощью барометра?».
Ответ студента был таким: «Нужно подняться с барометром на крышу здания, спустить барометр вниз на длинной верёвке, а затем втянуть его обратно и измерить длину верёвки, которая и покажет точную высоту здания».

Случай был и впрямь сложный, так как ответ был абсолютно полным и верным! С другой стороны, экзамен был по физике, а ответ имел мало общего с применением знаний в этой области.

Резерфорд предложил студенту попытаться ответить ещё раз. Дав ему шесть минут на подготовку, он предупредил его, что ответ должен демонстрировать знание физических законов. По истечении пяти минут студент так и не написал ничего в экзаменационном листе. Резерфорд спросил его, сдаётся ли он, но тот заявил, что у него есть несколько решений проблемы, и он просто выбирает лучшее.

Заинтересовавшись, Резерфорд попросил молодого человека приступить к ответу, не дожидаясь истечения отведённого срока. Новый ответ на вопрос гласил: «Поднимитесь с барометром на крышу и бросьте его вниз, замеряя время падения. Затем, используя формулу, вычислите высоту здания».
Тут Резерфорд спросил своего коллегу преподавателя, доволен ли он этим ответом. Тот, наконец, сдался, признав ответ удовлетворительным. Однако студент упоминал, что знает несколько ответов, и его попросили открыть их.

— Есть несколько способов измерить высоту здания с помощью барометра, — начал студент. — Например, можно выйти на улицу в солнечный день и измерить высоту барометра и его тени, а также измерить длину тени здания. Затем, решив несложную пропорцию, определить высоту самого здания.

— Неплохо, — сказал Резерфорд. — Есть и другие способы?

— Да. Есть очень простой способ, который, уверен, вам понравится. Вы берёте барометр в руки и поднимаетесь по лестнице, прикладывая барометр к стене и делая отметки. Сосчитав количество этих отметок и умножив его на размер барометра, вы получите высоту здания. Вполне очевидный метод.

— Если вы хотите более сложный способ, — продолжал он, — то привяжите к барометру шнурок и, раскачивая его, как маятник, определите величину гравитации у основания здания и на его крыше. Из разницы между этими величинами, в принципе, можно вычислить высоту здания. В этом же случае, привязав к барометру шнурок, вы можете подняться с вашим маятником на крышу и, раскачивая его, вычислить высоту здания по периоду прецессии.

— Наконец, — заключил он, — среди множества прочих способов решения данной проблемы лучшим, пожалуй, является такой: возьмите барометр с собой, найдите управляющего и скажите ему: «Господин управляющий, у меня есть замечательный барометр. Он ваш, если вы скажете мне высоту этого здания»

Тут Резерфорд спросил студента, неужели он действительно не знал общепринятого решения этой задачи. Он признался, что знал, но сказал при этом, что сыт по горло школой и колледжем, где учителя навязывают ученикам свой способ мышления, который не всегда приемлет не стандартных решений.

Студент этот был Нильс Бор (1885–1962), датский физик, лауреат Нобелевской премии 1922

Стравливай и властвуй!


Похоже, наша власть живет по завету Овидия, учившего: «Не жалей обещаний, ведь они ничего не стоят!». Вместо патриотизма у нас — патриотическая демагогия, вместо религии — фарисейство, вместо реформ — слова, слова, слова. Главный национальный проект — это дебилизация всей страны через телевизор.

Настоящая свобода слова есть только у президента: он может не следить за словами, не держать слóва и не отвечать за слова. На любые происшествия в стране власть откликается сообщениями: «Путин сказал», «Путин призвал», «Путин пообещал». А государственные дела решаются президентскими уверениями, что все больше россиян хочет усыновить сирот, что страна процветает, протесты финансируются Западом, а образование и медицина остаются бесплатными, хотя они давно уже нам не по карману.

Народ кормят телеобещаниями — а он вроде как и сыт.

Недаром Россия занимает первое место в мире по психическим заболеваниям: шизофрения у нас — основа основ государственного строя. Слово и дело у наших политиков не просто расходятся, они друг другу противоречат: государственные интересы давно сведены к личным, законы приспособлены для беззаконий, а бюджет превратился в «общак», но средства массовой дезинформации, выворачивая истину наизнанку, превращают жуликов в радетелей Отечества. Деформируют сознание, превращая человека разумного в homo video, который верит телевизору больше, чем собственным глазам.

В расщепленном разуме человека-телезрителя, как у любого шизофреника, вполне уживается противоречие окружающего лично его мира с виртуальной Россией, образ которой рисуют телеканалы. «Divide et impera» («Разделяй и властвуй») сменилось на «shizo» и «phren», расщепляй разум — и властвуй.

Collapse )